Выставка картин и фильмов
Рустама Хамдамова



В весьма бедный на кинопремьеры праздничный период (конец декабря — начало января) особенно выделяется выставка картин и фильмов Рустама Хамдамова художника, режиссера, стилиста, дизайнера и одного из самых загадочных творцов нашего времени.

РУСТАМ ХАМДАМОВ

«Выставка фильмов» — звучит несколько странно, но иначе и не скажешь. В выставочном павильоне галереи на Солянке установлены несколько больших экранов с проекторами, а также телевизоры, подключенные к плееру, и по всем ним показываются фильмы этого режиссера. Фильмы, о которых многие слышали, но мало кто видел. И здесь нам предоставляется действительно редкий шанс увидеть их, причем, в окружении живописных и графических работ самого Хамдамова. В этом смысле кинокартины Хамдамова можно с полным правом называть музейными объектами, вроде цикла Cremaster Мэтью Барни, который также является скорее выставочным экспонатом и частью некого глобального арт-замысла, нежели кинематографическим произведением в традиционном смысле этого слова.

Однако, если Барни не выпускает свои фильмы в широкий прокат и на DVD по причине коммерческой самодостаточности (видимо, режиссера, ставшего при жизни классиком и культовой фигурой, спонсируют некие организации или люди, которые обеспечивают все его потребности, но не хотят, чтобы творения Барни становились объектом массовой культуры), то Хамдамов, наоборот, пребывает в образе непризнанного гения, которого даже и издать-то некому, а если издавать, то непонятно, как потом отбивать затраты. До сих пор на DVD выпущена только его вгиковская короткометражка «В горах мое сердце» (1967), но и тот диск уже давно исчез из широкой продажи (видимо, тираж был совсем микроскопическим).


КАДР ИЗ ФИЛЬМА «В ГОРАХ МОЕ СЕРДЦЕ»

Что же касается проката, то ни один фильм Хамдамова не выходил у нас в кино — даже в ограниченный прокат. Отчасти — из-за коммерческой бесперспективности, отчасти — из-за какого-то злого рока, висящего над каждой его работой (возможно, этим роком является неуживчивость и асоциальность самого Хамдамова, категорически не желающего договариваться, пробивать, идти на компромиссы и т.п.). Полнометражным дебютом Хамдамова должен был стать фильм «Нечаянные радости» по сценарию Андрея Кончаловского и Фридриха Горенштейна. Съемки начались, но были остановлены из-за того, что Хамдамов слишком сильно отклонился от утвержденного сценария. В итоге негатив смыли, и фрагменты фильма сохранились лишь благодаря оператору, который спас рабочий материал. Позже сценарий был экранизирован Никитой Михалковым, у которого получился фильм «Раба любви», а Хамдамов на долгое время исчез с кинематографического горизонта.

 

Годы спустя был запущен новый проект — «Анна Карамазоff», более того, фильмом заинтересовались французские продюсеры, а главную роль согласилась сыграть легендарная Жанна Моро. Но и у этой картины оказалась трагическая судьба: разругавшись с продюсерами, Хамдамов показал на Каннском фестивале свою (а не рекомендованную продюсерами) версию фильма, после чего негатив французами был изъят и заперт в сейфе. Жанна Моро пришла в ярость, увидев монтажную версию Хамдамова, продюсеры потеряли кучу денег, а пресса назвала фильм самым слабым в каннском конкурсе (хотя были и те, кто сразу признал гениальность режиссера). В итоге, Хамдамов опять отошел от кино, но осел во Франции и занялся (не без отвращения) созданием эскизов для модных домов.

Однако, несколько лет спустя он возвращается в Россию и берется за очередной проект — «Вокальные параллели». Съемки идут около десяти лет, что немыслимо для киноиндустрии, но вполне обычно для Хамдамова. Но главное, что в итоге фильм удается завершить и показать публике — в том числе, по телевидению (канал Культура) и на Венецианском фестивале (правда, вне конкурса). Собственно говоря, это единственный относительно доступный на данный момент полнометражный фильм Хамдамова. Еще один фильм режиссер сейчас снимает. Он будет состоять из нескольких новелл, первая из которых уже готова и называется «Бриллианты». Новелла была показана на Венецианском фестивале в 2010 году, но российская премьера намечена лишь на лето, поэтому на выставке короткометражку увидеть не удастся. Зато можно посмотреть фильм о съемках «Бриллиантов».


КАДР ИЗ ФИЛЬМА «БРИЛЛИАНТЫ»

Вообще, это вполне в стиле Хамдамова: первоначально выставка была намечена на сентябрь прошлого года, и обещали показать «Бриллианты». Потом анонс исчез, и стало ясно, что выставка переносится или не состоится вовсе. И вот, наконец, в конце декабря выставка все-таки открылась, но без фильма, ради которого все, собственно, и затевалось. Впрочем, даже в таком виде (то есть без главного «экспоната») это большое событие. И не только потому, что экспозиция дает возможность целиком увидеть три из пяти киноработ Хамдамова («В горах мое сердце», «Нечаянные радости» и «Вокальные параллели»), а также целый ряд его живописных работ и эскизов (о них еще будет сказано), но, прежде всего, потому, что создает довольно целостный (хоть и далеко не полный) образ этого удивительного Художника.


КАДР ИЗ ФИЛЬМА «ВОКАЛЬНЫЕ ПАРАЛЛЕЛИ»

Образ, до конца не раскрывшийся, но, тем не менее, очень яркий. И не надо быть киноведом или искусствоведом, чтобы, бегло пробежав по залам, сразу ухватить некоторые особенности творческого мира Хамдамова. Во-первых, Хамдамов заворожен прошлым. Все его творчество — это одно сплошное ретро, но не в музейном виде, а в живом, актуальном. Наверное, никто не может так показать связь прошлого (четко опознаваемого, но опоэтизированного) и настоящего, как Хамдамов. И словами это даже трудно описать. Вот, например, хамдамовские рисунки с пышными барышнями, разодетыми в платья и шляпки. Барышни — кустодиевские по духу, живописная манера — где-то начало XX века (веет модерном с его изяществом линий и избыточной красивостью), но почему выглядит так современно? Загадка.


То же самое с фильмами. «В горах мое сердце» — откровенная стилизация под немое кино годов 20-х, с титрами, комментирующими действие, непрекращающейся таперской игрой и состаренной черно-белой картинкой. Но в таперскую игру вплетены цитаты из Шумана, в изображение — мизансцены с картин Моне, а общий дух фильма все-таки не дает нам шансов усомниться в том, что это именно стилизация, а не откопанный где-то подлинник 20-х годов. Однако, выглядит «подделка» настолько органично и самобытно, что опять-таки задаешься вопросом: как ему это удалось? Ответа не дает ни фрагмент «Нечаянных радостей», сделанный в похожей манере, ни, тем более, «Вокальные параллели» — удивительный ретро-концерт, снятый в казахских степях с нашей «Гретой Гарбо» Ренатой Литвиновой в главной роли.


КАДР ИЗ ФИЛЬМА «ВОКАЛЬНЫЕ ПАРАЛЛЕЛИ»

Литвинова здесь играет саму себя и гостит в бедных хижинах, где живут когда-то известные на весь Союз оперные певицы из Казахстана. Сейчас они постарели и сгорбились под тяготами жизни и унижениями нищеты, но когда начинают звучать их старые записи Верди и Пуччини, они распрямляются и, вспомнив былое величие, встают в концертные позы, раскрывая рты под необычную фотограмму из прошлого (своего и гигантской, но уже не существующей страны). Предваряет их «выступления» Рената своими как всегда оригинальными спичами. Уж не под влиянием ли этой роли (работа над которой началась в середине 90-х) Рената решила сделать свой фильм о пяти великих советских актрисах — «Нет смерти для меня»? Впрочем, это уже вопрос из другой оперы. Здесь же лишь отметим, что Литвинова со всем ее ретро-шиком и богемным шармом пришлась Хамдамову очень кстати. Недаром он решил ее снять еще раз — в «Бриллиантах».


КАДР ИЗ ФИЛЬМА «БРИЛЛИАНТЫ»

Помимо Литвиновой в новейшей работе Хамдамова участвует и еще одна необычная персона — прима-балерина Мариинского театра Диана Вишнева. И в фильме есть балетные сцены. Кроме того, само название отсылает нас к балету «Драгоценности» Баланчина (одна из частей которого называется «Бриллианты»). Сопоставим это с оперными ариями в «Вокальных параллелях» и ролью фортепиано в дебютной короткометражке (где в образе тапера, играющего в кадре, предстал сам Хамдамов) — и можно сделать еще один очень важный вывод: кинотворчество Хамдамова глубоко музыкально. Обычно обращают внимание на визуальную сторону его лент и подчеркивают, что Хамдамов — художник, но музыкальность его фильмов не менее поразительна.


КАДР ИЗ ФИЛЬМА «БРИЛЛИАНТЫ»

Кстати, среди прочих работ Хамдамова стоит назвать его костюмы к балету Алексея Ратманского «Намуна» на музыку Эдуарда Лало, поставленного в 2010 году в New York City Ballet (самый уважаемый в мире балетный театр, созданный как раз Баланчиным). Эскизы костюмов можно увидеть на выставке, хотя представления о собственно одежде они не дают и представляют интерес, скорее, как графика крупного художника.

Вообще, по хорошему, устраивая «сольную» выставку Хамдамова, можно было представить и одежды, сделанные по его эскизам (а это не только костюмы к спектаклям, но и продукты многих домов моды!), и различные зарисовки, относящиеся к фильмам, и много чего другого. Благо, у такого, казалось бы, неплодовитого Хамдамова материалов хватит на десяток подобных выставок. Но эта недосказанность и небрежность — тоже, по сути, очень хамдамовские.

А главное — они оставляют простор для будущих экспозиций a la «Неизвестный Хамдамов». Хотя, Хамдамов весь неизвестный. И даже данная выставка вряд ли исправит это положение. Скорее, некоторое время спустя она станет еще одной мифической главой в биографии этого мифического человека, творчество которого тоже представляет собой миф. Фильмы, которые мало кто видел и мало кто может объяснить (но все подспудно ощущают их гениальность и мудрость), рисунки, которых неизвестно сколько и неизвестно, где и у кого они хранятся, бесчисленные дизайнерские работы, которые растворены в чужих проектах и размыты временем... Этот миф, казалось бы, и является частью нашей эпохи, а вроде он из какого-то далекого прошлого... Но возможность прикоснуться к нему у нас есть сейчас. Пока есть. И не стоит ее упускать, сколь бы иллюзорной она не казалась.

В статье использованы репродукции картин и рисунков Рустама Хамдамова


Сергей Уваров (uvarov@ixbt.com)
Опубликовано — 07 января 2011 года

[Раздел «Смотри кино» | «Новинки кино»]